Правомочность и приемлемость по обращениям в Европейский суд

ЕСПЧ, Евросуд, Европейского суда по правам человекаВ ЕСПЧ может обратиться любое физическое или юридическое лицо, не являющееся государственным органом (предприятие, неправительственная организация), если оно считает, что его права или основополагающие свободы, предусмотренные Европейской Конвенцией по правам человека, нарушены любым из государств, которые являются участниками (сторонами) Конвенции.

Т.е., например, украинцы имеют право судиться в ЕСПЧ не только с Украиной, но и с любым государством – участником Конвенции.

Но главные проблемы понимания вопросов, связанных с обращением к ЕСПЧ, связанные с тем, какие именно заявления ЕСПЧ признает приемлемыми, то есть – принимает к рассмотрению и рассматривает, принимает решение.

При этом, еще раз следует обратить особое внимание заинтересованных посетителей сайта на то, что ЕСПЧ не является еще одной кассационной инстанцией. Он никогда не проводит проверку правильности (по существу) рассмотрения дела любым из национальных судов какого бы то ни было государства. То есть, ЕСПЧ не проверяет – правильно ли по существу спора вынесено судебное решение или правильно ли вынесен приговор по уголовному делу. Он исследует обстоятельства дела исключительно на наличие или отсутствие нарушений прав человека, и только тех прав человека, которые предусмотренные Конвенцией и дополнительными протоколами к ней.

ЕСПЧ отклоняет любую переданную ему жалобу, которую сочтет неприемлемой. Он может сделать это на любой стадии разбирательства. При этом, в ЕС и ЕСПЧ выработались и вырабатываются в настоящее время (и в дальнейшем будут вырабатываться) определенные критерии приемлемости заявлений.

Правила приемлемости являются ключевым аспектом системы Европейской Конвенции, не в последнюю очередь потому, что очень большая доля дел объявляется неприемлемыми. Ст. 34 Конвенции излагает требования, касающиеся процессуальной правоспособности. Ст. 35 Конвенции устанавливает критерии приемлемости.

Критериями приемлемости являются:

** ЕСПЧ может принимать дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты, как это предусмотрено общепризнанными нормами международного права.

Срок обращения в ЕСПЧ – 6 месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу. В Украине, России и Белоруссии – это, в подавляющем большинстве случаев, с даты вынесения решения кассационной инстанцией (вторая кассация, как Верховный Суд в Украине и надзорные судебные инстанции (как в России) не обязательны). Однако, если, например, по закону, кассационное обжалование не возможно, последней инстанцией является апелляция.

Иногда, точкой отсчета вообще могут являться решения несудебных органов, если именно их решение в государстве реально является окончательным. Можно в этом плане привести пример неисполнения решения национальных судов, вступившие в законную силу. Однако, в этом случае, претензии к государству через ЕСПЧ можно предъявить только тогда, когда вопросом исполнения занималась специально уполномоченная государственная структура, а не тот орган, с которым Вы судились (Пенсионный фонд или т.п.). Например, в Украине – это органы Государственной исполнительной службы (в некоторых случаях – Государственное казначейство), в России – органы Федеральной службы судебных приставов. Также, приемлемым будет только то заявление, которым обжалуется не любое неисполнение решения суда, а такое, которое фактически государством, в лице его органов (в совокупности), могло быть исполнено, то есть – фактическое игнорирование решения суда вследствие любых причин. И при этом не имеет большого значения, то ли такой причиной была халатность работников исполнительной службы, то ли они не могли исполнить судебное решение вследствие издания государством нормативных актов, ограничивающих возможности исполнения судебных решений такой категории (введение мораториев или т.п.).

Могут быть, иногда, обжалованы в ЕСПЧ и законодательные акты государства. И если, у заявителя нет реальной (предусмотренной законом) возможности обжаловать закон в национальном Конституционном суде, то ему и нет необходимости предварительно обращаться в какие бы то ни было судебные или иные государственные инстанции.

** ЕСПЧ не принимает к рассмотрению никакую индивидуальную жалобу (заявление), если она является анонимной, или является по существу аналогичной той, которая уже была рассмотрена ЕСПЧ, или уже является предметом другой процедуры международного разбирательства или урегулирования, и если, при этом, она не содержит новых относящихся к делу фактов.

** ЕСПЧ объявляет неприемлемой любую индивидуальную жалобу, если сочтет ее несовместимой с положениями Конвенции или Протоколов к ней, явно необоснованной или злоупотреблением правом подачи жалоб.

** Согласно Протоколу 14 к Конвенции, в ст. 35 Конвенции включен новый критерий приемлемости, носящий тройственный характер — ЕСПЧ может признать дело неприемлемым, если сочтет, что:

(i) заявитель не понес существенного ущерба, и

(ii) если соблюдение прав человека не требует исследования существа жалобы, и

(iii) при условии, что никакое дело не может отклоняться на этом основании, если оно не было должным образом рассмотрено национальным трибуналом (ст. 12 Протокола 14, вносящая изменения в ст. 35 Конвенции).

В этой публикации мы более подробно рассмотрим вопросы правоспособности обращения в ЕСПЧ, то есть – кто может обращаться в Суд.

К любым частным лицам могут обноситься собственно частные лица, или группы частных лиц, компании (даже ликвидированные), акционеры, фонды, профессиональные объединения, профсоюзы, политические партии и религиозные организации.

В зависимости от характера предполагаемого нарушения Конвенции, жалобу по Конвенции может подать сама компания, либо ее управляющий и исполнительный директор, а также — в исключительных обстоятельствах — отдельные акционеры. Однако определенные права могут быть заявлены только физическими лицами и не распространяются на организации — например, свобода мысли, совести и религии, право на образование и право не подвергаться унижающему обращению или наказанию.

Примеры правоспособности обращения в ЕСПЧ, которые отличаются от индивидуальных обращений физических лиц[1]:

Гуэрра и др. против Италии (Guerra and others v Italy): 40 жителей итальянского города подали жалобу по ст. 2, 8 и 10, жалуясь на риск загрязнения или крупной аварии на химическом заводе, находящемся на расстоянии километра.

Бальмер-Шафрот против Швейцарии (Balmer-Schafroth v Switzerland): десять заявителей, проживающих поблизости от атомной электростанции в Мюлеберге, обжаловали предоставление лицензии на использование, ссылаясь на ст. 2, 6(1), 8 и 13.

Деревня Муонио Саами против Швеции (Muonio Saami Village v Sweden): жалоба была подана саамской деревней в Швеции в связи с неудовлетворением требования жителей на право выпаса оленей.

Санди Таймс против Соединенного Королевства (Sunday Times v UK): издатель, редактор и группа журналистов газеты «Санди Таймс», ссылаясь на ст. 10, обжаловала запрет генерального прокурора на публикацию статей о лекарстве «талидомид»

«Тиннелли и сын Лимитед» и др. и Макэлдафф и др. против Соединенного Королевства (Tinnelly & Son Ltd and others and McElduff and others v UK): заявители оспорили непредоставление им правительством контрактов, утверждая, это было проявлением дискриминации по религиозным основаниям, а также жаловались на проблему министерских сертификатов, сделавших фактически невозможным обжалование решения, ссылаясь на ст. 6(1), 8, 13 и 14.

Прессос Компаниа Навьера А.О. и другие против Бельгии (Pressos Compania Naviera SA and others v Belgium): заявители — судовладельцы, ассоциации взаимного страхования судовладельцев и управляющий по делам о несостоятельности жаловались на имеющую обратную силу поправку в законодательство, влияющую на дела о неосторожности при проведении судов, ссылаясь на ст. 1 Протокола 1 и ст. 6(1).

Autronic AG v Switzerland: заявитель — национальная компания-производитель электронной техники, — ссылаясь на ст. 10, обжаловала отказ в предоставлении лицензии на прием телевизионных программ с советского телеспутника,

Каплан против Соединенного Королевства (Kaplan v UK): заявитель — председатель и исполнительный директор страховой компании был вправе утверждать, ссылаясь на ст. 6(1) и 13, что пострадал от нарушения прав компании, так как это нарушение затронуло его финансовые интересы, связанные с деятельностью компании и его интересы, как должностного лица.

Национальное и провинциальное строительное общество и др. против Соединенного Королевства (National & Provincial Building Society and others v UK): три строительных общества требовали возвращения денег, выплаченных согласно утратившим силу налоговым нормам, ссылаясь на ст. 1 Протокола 1 и ст. 6 и 14.

Шведский профсоюз машинистов против Швеции (Swedish Engine Drivers’ Union v Sweden): профсоюз-заявитель опротестовал систему переговоров о заключении коллективных договоров, которая действовала только в отношении Союза государственных служащих, ссылаясь на ст. 11, 13 и 14.

Национальный союз полицейских Бельгии против Бельгии (National Union of Belgian Police v Belgium): профсоюз-заявитель жаловался на отказ властей признать его в качестве представительной организации, что привело к отстранению его от государственных консультаций, со ссылкой на ст. 11 и 14.

Уилсон, Национальный союз журналистов и др. против Соединенного Королевства (Wilson, NUJ and others v UK): заявители (в том числе Национальный союз журналистов и Национальный союз железнодорожных, морских и транспортных рабочих) обжаловали национальное законодательство, позволяющее работодателям отказывать в признании ранее признанных профсоюзов, опираясь на ст. 10, 11 и 14.

Святые монастыри против Греции (Holy Monasteries v Greece): восемь греческих православных монастырей обратились с жалобой на лишение собственности и невозможность предпринять разбирательство в национальных судах против греческого государства, ссылаясь на ст. 1 Протокола 1 и ст. 6(1).

Бессарабская митрополия против Молдовы (Metropolitan Church of Bessarabia v Moldova): церковь-заявительница жаловалась на отказ в государственном признании, ссылаясь на ст. 6, 9, 11, 13 и 14.

«Христиане против расизма и фашизма» против Соединенного Королевства (Christians Against Racism and Fascism v UK26): организация-заявитель обжаловала полицейский запрет на все публичные демонстрации в Лондоне, ссылаясь на ст. 5, 10, 11 и 14.

Платформа «Врачи за жизнь» против Австрии (Plattform ‘Ärzte für das Leben’ v Austria): организация-заявитель, объединение врачей, борющихся против абортов, оспаривали отказ полиции предоставить охрану их демонстраций от срыва со стороны групп, поддерживающих аборты, ссылаясь на ст. 9, 10, 11 и 13.

«Ферайн геген Тирфабрикен» против Швейцарии (Vgt Verein gegen Tierfabriken v Switzerland): заявитель — организация, борющаяся против вивисекции, — обжаловала запрет на телевизионную рекламу, ссылаясь на ст. 10, 13 и 14.

Станков и Объединенная македонская организация «Илинден» против Болгарии (Stankov and the United Macedonian Organisation Ilinden v Bulgaria): заявители обжаловали меры, принятые властями для воспрепятствования демонстрациям объединения – заявителя, отстаивающего права национального меньшинства, ссылаясь на ст. 11.

Рефах Партиси (Партия благоденствия) и другие против Турции (Refah Partisi (the Welfare Party) and others v Turkey): заявители жаловались на решение Конституционного суда о роспуске Партии благоденствия и на ограничение политических прав других заявителей, ссылаясь на ст. 9, 10, 14, 17 и 18 Конвенции и ст. 1 и 3 Протокола 1.

Отсутствие прямой (личной) правоспособности в целом не всегда сказывается на праве подачи жалобы. Заявители в некоторых случаях могут быть представлены родственником или иным подходящим лицом. Например, в деле Винтерверп против Нидерландов (Winterwerp v Netherlands) жалоба была подана человеком, получившим тяжелое повреждение мозга в аварии и насильственно содержавшимся в психиатрической больнице в соответствии с нидерландским законодательством о психическом здоровье. Однако там, где заявителей в ЕСПЧ представляют их родственники или другие лица, ЕСПЧ требует доказательств их полномочий для представления заявителя.

ЕСПЧ может позволить подачу жалобы от имени другого лица (например, ребенка), даже если согласно внутреннему законодательству оно не имеет на это права. В этих обстоятельствах заявитель должен направить в ЕСПЧ письмо от жертвы, подтверждающее право родственника заявителя на подачу жалобы.

Дети могут быть заявителями по делам перед ЕСПЧ совместно со взрослыми жертвами в связи с той же жалобой, либо выступая от своего собственного имени. Так, в деле Маркс против Бельгии (Marckx v Belgium) мать-одиночка и ее маленькая дочь жаловались на бельгийские законы о незаконнорожденности, в том числе в связи с завещанием и наследованием имущества. Дело А. против Соединенного Королевства (A v UK) касалось крайне жестокого обращения отчима с заявителем-ребенком и неспособности государства обеспечить ребенку защиту от жестокого обращения.

Детей также могут представлять их родители (как, например, в деле Кэмпбелл и Коузанс против Соединенного Королевства (Campbell and Cosans v UK), где заявители жаловались от имени своих детей на риск применения (обратите внимание – на риск, а не на применение!) телесных наказаний в школе). Однако, это может быть более проблематичным, если имеется потенциальный конфликт интересов или по каким-либо причинам родитель не правомочен согласно внутреннему законодательству представлять интересы ребенка.

ЕСПЧ не принимает жалобы от имени умерших, однако распространенной практикой является подача жалобы от имени покойного близким родственником или наследником. Например, дело Макканн и другие против Соединенного Королевства (McCann and others v UK), связанное со смертью трех членов ИРА, застреленных британскими солдатами на Гибралтаре, было подано членами семей жертв, которые были представителями недвижимого имущества покойных. В деле Кинан против Соединенного Королевства (Keenan v UK) заявительница, после совершенного ее сыном самоубийства в тюрьме, жаловалась на то, что руководство тюрьмы не предприняло достаточных мер по охране его жизни. В таких делах заявитель не обязан устанавливать финансовую зависимость или материальный ущерб. В деле Кинан сыну заявительницы было более 18 лет на момент смерти, и он не имел иждивенцев, что, по сути, исключало возможность внутреннего разбирательства в соответствии с Законом о смертельных случаях 1976 г. или о возмещении ущерба при потере члена семьи. Отсутствие какого-либо материального ущерба не было препятствием для подачи Кинан жалобы в Европейскую Комиссию, и, в сущности, сам факт, что она не могла предпринять внутреннее разбирательство в отношении смерти ее сына, привел к признанию Комиссией нарушения права на эффективную защиту по ст. 13.

В случаях, когда право заявителя подать жалобу по Конвенции в отношении умершего родственника оспаривается, страсбургские институты подчеркивают цель и назначение Конвенции — предоставлять практическую и эффективную гарантию защиты. Соответственно, в деле Яша против Турции (Yaşa v Turkey) ЕСПЧ установил, что заявитель, племянник покойного, может законно утверждать, что пострадал от деяния столь трагического, как убийство его дяди. Не имело значения наличие более близких родственников, которые могли обратиться с иском от имени покойного. Бывают случаи, когда права по Конвенции родственника умершего также были нарушены и поэтому жалоба должна подаваться заявителем от собственного имени, равно как и от имени покойного. Например, в деле Курт против Турции (Kurt vTurkey) заявительница жаловалась на исчезновение ее сына в юго-восточной Турции, ссылаясь на ст. 2, 3, 5, 13, 14 и 18 в отношении ее сына, и ст. 3 в отношении себя самой в связи с беспокойством и огорчением, вызванными продолжительным исчезновением ее сына, которые, как она утверждала, могли быть приравнены к бесчеловечному обращению. Исходя из обстоятельств дела, ЕСПЧ установил нарушение ст. 5 и 13 в отношении сына заявительницы и нарушение ст. 3 в отношении заявительницы.

Если заявитель умирает, пока дело ожидает рассмотрения в ЕСПЧ, обычно дело могут продолжать близкие родственники или наследники заявителя, если эти лица имеют законный интерес, или если ЕСПЧ согласится с тем, что жалоба имеет общезначимый характер. Например, родители больного гемофилией, заразившегося ВИЧ, смогли продолжить разбирательство в отношении длительности внутреннего разбирательства о компенсации после смерти заявителя.

В деле Луканов против Болгарии (Lukanov v Bulgaria), связанном с арестом и уголовным преследованием в отношении бывшего премьер-министра Болгарии, не оспаривалось, что вдова и двое детей заявителя могли продолжать жалобу, после того, как г-н Луканов был убит выстрелом около своего дома. Однако в деле Ахмет Садик против Греции (Ahmet Sadik v Greece) право вдовы и детей заявителя продолжать разбирательство было оспорено. Заявитель, который был издателем газеты и кандидатом на парламентских выборах, подвергся уголовному преследованию за публикацию ложной и порочащей информации о других кандидатах и за подстрекательство мусульманского населения к беспорядкам. Он умер после того, как Комиссия опубликовала свой доклад по существу дела и его вдова и двое детей желали продолжать разбирательство. Правительство утверждало, что жалоба, касающаяся нарушения ст. 10, не может переходить к наследникам заявителя, однако ЕСПЧ решил, что наследники имеют законный моральный интерес в решении, признающем, что осуждение заявителя было нарушением ст. 10, равно как и материальный интерес в данном деле.

Недавно, ЕСПЧ принял к рассмотрению и аналогичную из подготовленных мной жалоб.

Однако исполнитель завещания не правомочен подавать жалобу. Так, дело Шерер против Швейцарии (Scherer v Switzerland) было исключено из списка, поскольку его желал продолжать не близкий родственник, а душеприказчик (исключительно по денежным соображениям), и ЕСПЧ счел, что нет общественного интереса в продолжении дела.

По материалам: Адвокат Кучерявый О.П.
Запись опубликована в рубрике Статьи с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.